26 декабря 1935 в мехико

26 декабря 1935 в Мехико на свет появился Мойзес Солана Арчиниега – младший сын в семье, не на шутку увлекавшейся гонками.

Его отец, Хосе-Антонио, в годы своей учебы во Франции водил дружбу с Этторе Бугатти, и вернувшись в Мексику, Хосе-Антонио даже начал строить в конце 1930х годов небольшие гоночные машинки для сыновей Эрнана и Мойзеса. Впрочем, в юношеские годы Мойзес успел опробовать и другие виды спорта, в частности, бейсбол и сквош, прежде чем все же остановился на гонках.

При этом Солана-младший добился немалых успехов в бейсболе – в конце 1950х и начале 1960х он успешно выступал в различных турнирах в Мехико, Акапулько и Майами, зарабатывая достаточно, чтобы поддерживать свое увлечение гонками. В возрасте 18 лет Мойзес решил дебютировать на серьезном уровне – даже на более чем серьезном, в известной гонке Carrera Panamericana.

Солана не ударил лицом в грязь, несмотря на то, что был самым молодым участником старта, показал на финише 32й результат и 6й в своем классе, выступив за рулем Dodge V8 с Энрике Добладо. В 1956м Солана выиграл гонку в Пуэбле за рулем машины, построенной его дядей Хавьером, с 1,5-литровым мотором Opel, и к концу 1950х Мойзес считался талантом, равным по способностям известным братьям Родригес.

А когда в 1959м году открылась трасса в Мехико (сегодня она названа именем братьев Родригес, а тогда называлась Magdalena Mixhuca), то Солана и братья подарили великолепный поединок в 500-километровой гонке, между двумя Alfa-Romeo и одной Volvo. Старший Родригес, Педро, выиграл, Солана же сумел переиграть младшего – Рикардо. Их семьи, между прочим, состояли в некотором родстве, но, в отличие от братьев Родригес, Солана не появлялся в Европе, и всю карьеру провел исключительно у себя на родине.

Но, что характерно, Солана добивался успехов во всех дисциплинах – и в городских гонках, и на трассах, и в подъемах на холм. При этом мексиканец умудрялся использовать свое шасси Lotus 22 для всех этих типов гонок.

Одну из самых своих лучших побед Мойзес одержал в Мехико в 1962 году, в гонке Formula Junior. Оснащенный дисковыми тормозами против “барабанов” на Cooper Рикардо Родригеса, Солана на третьем круге прошел соперника и был таков, “привезя” ему на финише одиннадцать секунд. Вообще, трасса в Мехико оказалась счастливой для Соланы – чего стоят только его четыре победы в один день 3 июля 1966 года! Но и на других мексиканских автодромах Солана добивался заметных успехов, и потому ничего удивительного в том, что он пробовал себя и в сравнении с зарубежными звездами, нет.

Дебют же в Ф1 мог состояться в 1962м – Солана заявился на свой домашний Гран При с Cooper T58 – BRM, но гибели Риккардо Родригеса на тренировке снялся с соревнований. Но годом позже Ф1 вернулась в Мехико, уже в качестве зачетного этапа чемпионата мира, и Солана заявился на BRM P57 с номером… 13, став, таким образом, первым пилотом, стартовавшим в чемпионате мира под этим номером. Мойзесу удалось показать в квалификации отличное 11е время, и в гонке он даже претендовал на очки, пока у него не отказал на 57м круге мотор.

В следующем году к нему обратился сам Колин Чепмэн, предложивший вывести на старт третью машину своей команды. Правда, сперва Колин попытался пригласить в команду Педро Родригеса, но тот отказался по причине наличия соглашения с Ferrari, и рекомендовал Lotus соотечественника. Мойзес вновь не подвел, квалифицировавшись 14м и финишировав десятым. Родригес тогда сумел набрать одно очко, а вот Джон Сертиз в драматической гонке стал чемпионом мира. В 1965м сотрудничество Соланы и Lotus расширилось – теперь Чепмэн заявил его не только на мексиканский Гран При, но и на гонку в США.

Но второе, пожалуй, было ошибкой – Солана в глаза никогда не видел сложную трассу в Уоткинс-Глене, а гонка, вдобавок, прошла под дождем, так что на финише мексиканец, стартовавший предпоследним, оказался в пятнадцати кругах позади выигравшего Грэма Хилла.

Зато домашний Гран При сложился совершенно иначе – превосходное девятое место в квалификации, в менее чем полутора секундах позади Джима Кларка! В день гонки ему везло до поры до времени – последовательно сошли Джим Кларк, Джек Брэбэм, Джеки Стюарт, а сам Солана вел напряженную схватку с Honda Ронни Бакнэма. Всего лишь за десять кругов до конца гонки, когда Мойзес шел пятым, на машине отказало зажигание, и верные очки были утрачены.

В 1966м Чепмэн не стал выставлять на старт третью машину, так как Ф1 значительно подорожала с переходом на трехлитровый объем цилиндров, но Солана заручился местом в третьей машине заводской команды Cooper, с мотором Maserati. Его напарниками стали Сертиз и талантливый австриец Йохен Риндт, однако качества третьей машины отличались в худшую сторону по сравнению с автомобилями Джона и Йохена, так что после 15го места в квалификации его поджидал бесславный сход в гонке после всего лишь девяти кругов.

В 1967 году появился Lotus 49 – и гордый своим детищем, Чепмэн решил выставить три машины и в Северной Америке, вновь пригласив Солану в напарники к Кларку и Грэму Хиллу. Машина была очень хорошей, и в Уоткинс-Глене Солане удалось показать в квалификации седьмое время. В какой-то момент ему даже удалось проехать круг быстрее Кларка, и великий шотландец отметил это достижение, подарив Мойзесу пару своих гоночных перчаток. Но гонка оказалась короткой – зажигание на сей раз подвело уже после семи кругов.

Однако этап в Мексике позволял реабилитироваться, хотя в квалификации мексиканец уступил Кларку почти три секунды. Но на старте Солане удалось воспользоваться неразберихой и проскользнуть с девятого места на пятое. При этом он оказался впереди Денни Халма, претендовавшего на титул – мексиканец, таким образом, оказался в положении, когда его действия могли повлиять на исход чемпионата, не говоря уж о том, что и он сам мог пополнить копилку своих зачетных результатов в гонках чемпионата мира. Халму необходимо было пятое место, оно гарантировало ему титул – но занимал его именно Солана. И хотя в какой-то момент Солана даже сумел поставить быстрейший круг гонки, все-таки Халм нашел возможность пройти соперника. Но и шестое место удержать не удалось – на тринадцатом круге подвела подвеска.

События 1967го года были вершиной карьеры Соланы в Ф1, так как начиная со следующего сезона дела пошли хуже. Он имел шанс отправиться в Европу, так как некоторые команды оттуда проявляли интерес к его услугам, но предпочел остаться в Мексике, чтобы не прерывать карьеру бейсболиста. Между тем, в самой Мексике начались политические осложнения, расстроившие дружбу Соланы с Педро Родригесом. Тот был сторонником Адольфо Лопеса Матеоса, который руководил страной до 1964 года и сумел привлечь в Мексику Олимпиаду 1968 года и чемпионат мира по футболу в 1970м.

Однако его заменил Густаво Диас Ордас, с которым дружбу водил уже Солана, даже бывший крестным его старшего сына. Но при Диас Ордасе в стране начались беспорядки, и находившийся в Европе Родригес позволял себе критиковать манеру управления страной Густаво. Потому Мойзес, несогласный с критикой друга, прекратил с ним общение. Что касается дел гоночных, то на Гран При Мексики Солане достался обычный Lotus 49, а не его версия В, которой располагали Грэм Хилл и Джеки Оливер. Мексиканец квалифицировался 11м, сумев переиграть Родригеса, но после пятнадцати кругов гонки с его машины отвалилось заднее антикрыло, и это стало последней каплей в чаше терпения Соланы – он дал себе слово больше не выступать на машинах Колина Чепмэна.

1967й не зря считается вершиной гоночной карьеры Мойзеса – в том году он стартовал также в одном этапе Can-Am, финишировав пятым и восьмым. Также в том году он слетал в Европу по приглашению Lotus, принять участие в дебютном этапе Ф2 в Хараме. Крайне суеверный человек (совершенно непонятно, как он выступал при этом под 13-м номером), однако, Солана утром в день гонки пересекся с черной кошкой и попал на похоронную процессию, после чего, хоть и стартовал в гонке, ехал вполсилы, и финишировал в пяти кругах отставания от Джима Кларка.

В 1968м Солана стартовал в NARRC – North American Road Racing Championship, который с того года включал в себя гонку в Мехико. Специально для этой гонки Солана приобрел McLaren M6B, с устаревшим мотором Chevy V8, однако хорошее знание трассы оказалось гораздо более важным преимуществом – после осторожного старта гонки Солана нагнал Скипа Скотта, Питера Ревсона и Сэма Поузи, и, последовательно пройдя их, выиграл гонку с 13-секундным преимуществом. Воодушевленный, Солана отправился и в Риверсайд, где финишировал пятым, после чего сошел в Лагуна-Секе.

Кроме того, в том же году у Соланы были интересные возможности в Европе – так, ему позвонил Энцо Феррари и предложил тесты за рулем машины Ф2 в Модене. Мойзес принял приглашение и почти сразу перекрыл рекорд трассы, после чего Энцо собирался предложить ему контракт с возможностью перехода в Ф1.

Но, во-первых, Солана был готов расстаться со своим бейсболом только ради немедленного места в Ф1, а во-вторых, Энцо Феррари имел неосторожность заселить суеверного гонщика в тот же отель и ту же комнату, где в 1962м проживал погибший Рикардо Родригес. Этого было достаточно, чтобы сказать Коммендаторе “нет”, и вернуться в Мексику. А вот брат Рикардо, Педро, несмотря на политические противоречия, пригласил Солану выступить с ним в Ле-Мане за рулем Ford GT40. Солана и тут отказался, и вместо него Педро взял в команду Люсьена Бьянки. Они тогда выиграли марафон…

В 1969м Солана выступал на домашней арене, и продолжал добиваться успехов. В Авандаро он за рулем своего McLaren выиграл три гонки в один день, затем за рулем Mustang выиграл подъем на холм в Земпоале.

Все складывалось безоблачно вплоть до 27 июля, когда Солана вновь выступал в Авандаро, уже в подъеме на холм. В какой-то момент машина задела поребрик, он не удержал ее, и снеся перила, автомобиль упал в овраг, загоревшись при падении. Солана не сумел выбраться и погиб, сгорев заживо… Спустя двумя годами погиб и Педро Родригес, утешавший семью Соланы после трагедии в Авандаро. А уже в 2010м году, 20 марта, погибнет и Эрнан Солано, в возрасте 68 лет разбившийся в ралли по пересеченной местности.

В честь погибшего соотечественника впоследствии был назван один из мексиканских автодромов, принимающих соревнования национального уровня.

Своя история и у номера 13 – позже под ним неудачно пыталась пробиться на старт Гран При Великобритании 1976 в Брэндс-Хэтч Дивина Галика, как и Солана увлекавшаяся спортом и помимо автогонок – горными лыжами, и даже представляла свою страну на Зимней Олимпиаде. Ну а уже не так давно преодолеть магию числа 13 пытался Пастор Мальдонадо…

(26 декабря 1935, Мехико, Мексика – 27 июля 1969, Авандаро, Валье де Браво, штат Мехико, Мексика).


Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*
*